Шатрищенский могильник расположен через овраг против городища Старой Рязани. Судя по находкам, принадлежит к типу Борковского могильника. В одном из четырех открытых здесь погребений найдено интересное трупосожжение на месте. В яме оказался слой угля в 3 арш. длины, 1/4 арш. ширины и 4 вершка толщины. Среди углей найдены черепки сосуда и наконечники копья и дротика. Других особенностей могильник пока не представил. Холуйский могильник, расположенный в дальнем расстоянии отсюда, в бассейне р. Клязьмы, по находкам также должен быть отнесен к типу Борковского могильника. Костяки в нем лежали, по-видимому, довольно беспорядочно (головою на ЮВ, СВ, СЗ и С). Здесь найдено несколько новых типов вещей: маленькая фибула, серебряная или из серебристого сплава, отделанная напилком (табл. XII, 26), медная витая круглая пряжка (табл. XII, 21), медная поясная пряжка с орнаментом (табл. XII, 29), четыре новые типа поясных бляшек (табл. XII, 22—25), медные четырехугольные бляшки с треугольными подвесками (табл. XII, 27) и толстый проволочный браслет (табл. XII, 28).

(С.43)

Из числа раскопанных в могильнике 43 погребений 32 или 38 принадлежат местному населению (№№ 2 — 5, 7, 9, 11—18, 20—22, 24— 26, 28-30, 32— 38, 40, 41, 43), остальные 10 или 11—пришлому, русскому. Глубина могил туземных инородцев не велика — от 1/2 арш. до 1.1/2 арш. Первоначальную глубину могильных ям трудно восстановить, вследствие произведенной планировки местности при устройстве на могильнике усадьбы, но средним размером ее можно, по приблизительному исчислению, принять 1 аршин. Большая часть трупов погребены несожженными (21 из 32), меньшая (11) подвергнута сожжению (№№ 2, 4, 5, 9, 16, 18, 25, 26, 36, 37, 43). Трудно судить, какой из этих двух обрядов погребения старше по происхождению. В данном могильнике оба они одновременны. Трупы сжигались вне могилы, в которой складывались пережженные кости, бывшие на огне мелкие металлические украшения и различные вещи, не тронуты огнем: ножи с деревянными рукоятями, пояса, топоры, наконечники стрел, некоторые головные уборы, глиняные чашки, иногда кости животных. Ямы для остатков трупосожжения вырывались неглубокие, редко глубже аршина, чаще квадратной формы, обыкновенно меньше аршина в ширину и длину. На дне такой могилы прежде всего равномерным слоем размещались остатки костей, а затем симметрично располагались сосуды и все остальные крупные и мелкие вещи; последние помещаются иногда (№ 37) в чашке. В могиле № 4 находились, по-видимому, остатки двух сожженных трупов, мужского и женского. На дне могильных ям № 5 и 43 подмечены остатки деревянной подстилки. В могилах № 9 и 36 найдены одни косточки. В детской могиле № 18 совсем не оказалось пережженных косточек; вместо того на дне ямы лежал темный слой с мелкими угольками. Костяки в могильнике плохой сохранности, так что в нем можно было собрать только весьма небольшое количество более или менее целых черепов. Лучше всего сохранились части костей, лежавшие при медных вещах. Скелеты почти все расположены головою на С. Костяк №11, женский, лежал в обратном положении, головою на Ю, а женский костяк № 24 — на З. В последнем случае, по всей вероятности, сказалось влияние русскаго обряда погребения: на этом костяке среди инородческих оказались и русские вещи (малые височные кольца, бусы, лунница), так что с уверенностью нельзя сказать, действительно ли это инородческое погребение. Все скелеты лежали на спине, в протянутом положении; судя по расположению на костяках предметов // (С.44) и по сохранившимся костям руки, в большинство случаев лежали на лобке или в нижней части груди. Руки скелета № 41 были согнуты в локтях и кистями откинуты в стороны. У 7 костяков (№№ 3, 7, II, 21, 24, 30 и 41) оказались остатки древесной подстилки. В трупосожжении № 16 поверх предметов находилось несколько несожженных костей каких-то животных. Мужских костяков в инородческой части могильника можно насчитывать 12 ( №№ 4,7,12, 14—16, 25, 26, 29, 33, 34, 36), женских 19 (№№ 2—5, 11, 13, 17, 21—24, 28, 30, 32, 35,38,40,41,43).

1) узкие ременные венчики, унизанные спиралями и трубочками (табл. ХХII, 1); на костяке № 3 такой венчик был один (на противоположных концах его, вероятно, на темени находились 2 медные шумящие привески табл. XXYII, 6); в трупосожжении № 5 и в погребении № 22 такие венчики находились вместе с венцами типа табл. ХХYII, 3; 2). На голове костяка № 11 находился венчик из тонких наборных бляшек типа табл. XXVII, 3 и волосяной жгут типа Лядинского мог. табл. IV, 3 и Люцинского мог. табл. I, 11; 3). На голове костяка № 30 расположен был такой же волосяной жгут и венчик из наборных трубочек типа Лядинского могильн. табл. XI, 7.

Височные кольца оказались в 9 женских погребениях (№№ 3, 4, 5, 11, 30, 35, 37, 40, 43), т. е. в половине всего их числа; в 4-х случаях эти кольца найдены в сожжениях. Большинство колец согнуто из гладкой проволоки, один конец расклепан и снабжен отверстием, на другом крючок—прямое подобие шейных гривен. Экземпляр погребения № 5 согнут из остатков гривны, экземпляр погребения № 40 столь велик (4 дюйма в диаметре), что представляет скорее гривну, чем кольцо. Височные кольца вообще значительных размеров—приблизительно 2.1/2 дюйма в диаметре. В небольшом количестве встречены височные кольца без замка, до 3-х дюймов в поперечнике (напр. в погребении № 35). На меньшие кольца иногда напущены спирали (табл. ХХIY, 5, в погребениях № 11, 35 и 37), или даже перстни с шумящими подвесками(№ 30, перстни типа табл. XIX, 2). В погребениях №№ 3, 11, 43 встречено по 5 и по 4 кольца на каждой стороне головы, в погребении № 35—по два. Для вопроса о способе прикрепления височных колец на голове раскопка не доставила определенных данных. Замечено, что в четырех погребениях (№№ 3, 5, 11 и 30) височные кольца как бы соединены с головными венчиками; в погребении № 3 височные кольца замками лежали все вместе, плотно прилегая к черепу. Кольца погребения № 11, по-видимому, были прикреплены к шерстяной ткани. Две гладкие серебряные луновидные височные подвески или серьги типа табл. XXVI, 10, без подвесок, найдены в трупосожжении № 43: один конец привески снабжен острым отростком. Вне погребений найдена подобная же медная подвеска, орнаментированная пунктиром и снабженная в верхней части проволочною дужкою для накалывания на материю (табл. XXVI, 3).

1) 2 экз. медных гривен со сгибнем на одном конце и петлей на другом типа Лядинского мог. табл. XI, 2 (костяки № 11 и 30); 2), две витые гривны с гран- // (С.45) чатыми колбочками и петлями на концах типа Лядинского могильн. табл. XI, 1 (костяки № 3 и 43) и 1 экз. подобной же типа Лядинского могильн. табл. XI, 6 (костяк № 24); в последнем случае на гривну напущен медный ажурный перстень с подвесками табл. XXV, 9: 3); гладкие проволочные гривны типа височных колец табл. XXIV, 5 (костяк № 5, пять экземпляров); 4) две железные гривны, из которых на одну напущено медное кольцо с подвесками табл. XXVII, 7 (костяки № 41 и 42). Ожерелья из стеклянных бус встречены лишь в 5 женских погребениях. В трупосожжении № 5 оказалось несколько перегоревших бус, о цвете которых невозможно было составить понятия. На шее костяка отроческого возраста № 38 найдены небольшие круглые посеребренные и позолоченные бусы; такие же бусы в более значительном количестве встречены в погребении № 41, нередко парные и тройные, и такие же в погребении № 3. В последнем случае в состав ожерелья входили также крупные стеклянные пронизки: черные с тонкими белыми полосками (табл. XXVIII, 7) и цветные из желтых, коричневых, синих и белых полосок (табл. ХХYIII, 6). В погребении № 24 найдено несколько мелких желтых бус. Иногда шея украшалась набором из медных подвесок. На шее костяка № 3 кроме бус находились подвески: 8 экз. с двойными лапчатыми подвесками табл. XXIV, 7, одна подобная же привеска табл. XXVI, 4, одна другого типа с одною подвескою табл. XXVI, 5 и три другие, всего 13 привесок. Шея костяка № 30 была украшена еще сложнее: здесь при шейной гривне было собрано 25 парных пластинчатых подвесок на проволочных спиралях, типа табл. XXIII. 14, слева от гривны лежало 11 обычных трубчатых подвесок (Лядинск. мог. табл. 1.9—13), 4 медные спиральки типа табл. IX, 11, пять больших медных пирамидчатых подвесок табл. XXVI, 16 и одна медная привеска с плечиками типа табл. XXI, 14, без подвесок. Кроме этих костяков, медные подвески в небольшом количестве встречены еще в следующих погребениях: в трупосожжении № 5—пять экз. привески табл. XXIV, 8, в погребении № 11, при шейной гривне, круглые выпуклые привески из проволоки табл. XXVIII, 3, в погребении № 24, при нескольких желтых бусах, плетеная лунница с 3 подвесками табл. XXVII, 2, в трупосожжении № 43 большое ожерелье из спиралек и узких медных проволочных подвесок типа табл. XXV, 2 (не бывшее на огне).

1) проволочная ажурная с выступом (табл. ХХYI. 6, детский костяк № 21); 2) подобные же с бахромой из лапчатых подвесок в нижней части (табл. XXV, 13, костяки № 2 и 3); 3) пряжка меньших размеров, также спаянная из проволоки, с большими выступами (табл. XXVI, 6, погребение № 37); 4) две большие пряжки в виде блях с клапанами типа Лядинск. могильн. табл. V, 2 и 7 (костяки № 11 и 13, из них в последнем случае пряжка частью лежала на руке); 5) тонкая медная пряжка с трубчатыми выступами типа Борковского могильн. табл. XXII, 2 (костяк № 28); 6) пряжки с длинными хвостовидными придатками типа Лядинского могильника табл. VIII, 2 и 8 (костяки № 11 и 21).

1) спиральные медные наручники типа Лядинск. могильн. табл. IV, 6 (костяки №№ 11, 18, 24, 30, 38, 41); 2) плетеный из проволоки браслет с головками на концах табл. XXV, 6 (костяк № 17); 3) пластинчатые, довольно широкие, концы загнуты в петлю (табл. XXVII, костяки №№ 3, 4, 32, 35); 4) еще более широкий браслет с насечкою на концах (табл. XXVII. 15, // (С.46) костяк № 40); 5) пластинчатый с насечкою типа Борковск. могильн. табл. ХХIII. 9 (там же); 6) круглые браслеты с расширенными и украшенными концами, типа Лядинск. могильн. табл. IX, 9 (костяки № 7, 16, 41); 7) круглые проволочные типа Кошибеевск. могильн. табл. VII, 4 (костяк № 11); 8) медные из четырехгранного прута (табл. XXVII, 30. костяки № 4, 13, 22, 41).

1) медные спиральные перстни типа Борковск. могильн. табл. XXIII, 10 (женские костяки №№ 3, 4, 5, 17, 21, 30, 35, мужские 7, 16, 25, 26); 2) пластинчатые, орнаментированные тонкой насечкой, с проволочными спиралями сверху и снизу (табл. XXVI. 8 и 9, костяки № 2, 17, 40, мужской, № 7); 3) пластинчатые русского типа с завязанными концами табл. XXV, 7 (костяки № 7 и 17); 4) проволочное кольцо с заходящими друг на друга концами (табл. XXIII, 15, костяк № 38); 5) медный перстень с круглою медною же наставкою (табл. XXVII, 12, костяк № 35). Такими образом, в наибольшем количестве в могильнике встретились перстни спиральные и пластинчатые с проволочными придатками.

На тазу или пояснице костяков № 11 и 30 найдены подвески, назначение которых пока трудно определить. В верхней части таза первого костяка лежали в одну линию и в некоторой симметрии следующие привески с подвесками: две большие проволочные ажурные табл. XXIV, 12, три в виде узкой выпуклой пластинки, с ушками позади, табл. XXVII, 4 и три подобные маленькие гладкие, типа табл. XXVI, 2 (без ушка); здесь же находились: 3 пластинчатые обоймицы, длинная медная орнаментированная пластинка и несколько спиралек. Под пластинкою оказались следы косы, к которой она, быть можете, и имеет какое-нибудь отношение. На тазу костяка № 30 по одной линии сверху вниз были расположены: две плетеные проволочные шумящие привески табл. XXIV, 13, а ниже—большая подвеска в виде коромысла, с подвесками, прикрепленная к чему-то ремешками с помощью двух трубочек, украшенных подвесками (табл. XXIV. 11). Оригинальная привеска эта лежала обратною стороною вверх, на широкой подстилке из волос, лежавших в свою очередь на дереве. Быть может, к этому же убору принадлежат 6 шумящих бляшек (две табл. XXVI, 12 и четыре табл. XXVI, 2, без ушков), расположенных симметрично по ту и другую сторону привески в виде коромысла, вместе с наручниками положенных здесь рук. Если все эти привески не относятся к убору косы, то не составляют ли они украшения каких-либо головных покрывал, ниспадавших до пояса? Впрочем, вопрос о назначении таких привесок пока не может быть разрешен. Ноги женского костяка № 22 несколько ниже колен были обвернуты нешироким ремнем в 5 оборотов; ремень унизан медными тонкими бляшками в виде обоймиц (табл. ХХYIII. 4). Несколько выше щиколоток по сторонам ног расположено по медной продолговатой шумящей привеске табл. XXVI, 11, ушками к стороне ног, привески эти или находились на подоле, или же принадлежали к убору обуви. У мужского костяка № 72 ноги были окутаны грубою шерстяною тканью и обвернуты точно такими же ремнями. В самом низу левой ноги, по ту и другую сторону ее, оказалось по оригинальной привеске табл. XXIV, 3, назначение которых невозможно было определить; по средней линии привески расположены позади 3 ушка: два крайние продольные и среднее поперечное. У того же костяка с правого боку несколько выше колена лежала привеска из двух проволочных бляшек и ушка (табл. XXVI, 14). Такая же привеска лежала при женском костяке № 24, в стороне // (С.47).

Следующие предметы женских костяков найдены в трупосожжениях, или же в неопределенном положении на скелетах и, таким образом, остаются без определенного назначения: 1) Большая и длинная проволочная пряжка с бахромой из красивых лапчатых подвесок (табл. XXVI, 15, трупосожжение № 43). 2) Около шеи костяков 40 и 41 находилось по бляшке в виде петли и двух сомкну- тых выпуклых бляшек (табл. XXVI. 13). Не служили ли эти бляшки петлями для застегивания платья? В ушко мог проходить ремешок, или же деревянный костылек. 3) В трупосожжении № 5 найдены 2 привески с петлей табл. XXVI, 2: на обратной стороне имеются 2 ушка, через которые продет ремешок. 4) В трупосожжении № 37 оказались 2 медные привески полые с плечиками и лапчатыми подвесками табл. XXVIII, 8. 5) На левой стороне груди костяка № 11 близ локтя, найдена медная привеска типа петель, употребляемых для застежек (табл. XXVI, 11); привеска лежала горизонтально.

Горшки и глиняные чашки найдены почти исключительно при женских погребениях (№№ 3, 4, 5, 11, 13, 21, 22, 24, 28, 30, 38, 40, всего в 12 погребениях): в мужских могилах они оказались лишь при пяти костяках (№№ 15, 25, 34, 36, 37). Таким образом, глиняная посуда оказалась в большей половине погребений могильника. Горшки, серой глины, старательно выделаны и обожжены, вообще широки и низки, почти все с отворотом по краю (табл. XXVIII. 11—13, 15, 17, 22). Поставлены они обыкновенно справа от головы, слева от нее или за нею: в погребении № 40 два сосуда расположены выше груди, а в погребении № 3 горшок стоял у ног слева. По два горшка оказались при костяках № 13 и 40. Черепки найдены в мужских погребениях № 7 и 16 и в женских № 2 и 17. В трупосожжении № 2 вместе с другими вещами найдено железное шило.

Наконечники копий найдены в 5 погребениях (№ 4, 12, 15, 26, 37). т. е. у половины общего числа мужских погребений. В них найдены: 2 экз. наконечников с узким лезвием (табл. ХХYIII, 20), 2 экз. наконечников с лезвием ромбической формы типа Лядинского могильника табл. X, 29 и 2 экз. дротиков (табл. XXVIII. 23). При костяке № 12 копье положено к левой ноге, острием у самой ноги: положение копий в погребении № 15 не ясно, а остальные наконечники копий найдены в трупосожжениях. Наконечников стрел найдено 3 экз.: два типа табл. XXIV, 9, пластинчатые, почти ромбической формы (трупосожжения №№ 16 и 25), третий пластинчатый же с округленными формами (табл. XXV, 4, погребение № 14). Топоры найдены в 5 погребениях (№ 4, 7, 12, 25 и 26). Один из них оказался в ногах справа, другой на тазу слева, остальные принадлежат трупосожжениям. Все топоры одного типа: узкие, слегка опускающиеся острием вниз, у обуха отростки (табл. XXVIII, 19). В погребениях № 4 и 12 найдены железные пешни типа Лядинского могильн. табл. X, 9. Одна из них лежала у таза слева, вместе с топором, другая оказалась в трупосожжении // (С.48).

Какой-то неопределенный железный стержень с головкой найден в погребении № 29 (табл. ХХYIII, 18). В 7 погребениях встречены какие-то непонятные железные пластинчатые кольца (табл. XXV, 5, костяки № 17, 25, 33) и обоймицы (табл. ХХY, 11 и 12, костяки № 12, 29, 4 и 7). Из колец 2 экз. найдены на тазу (одно при ноже, другое также при ноже, но в другой стороне таза), обоймицы же расположены беспорядочно, чаще на груди, однажды в 3-х экземплярах. Из перечисленных погребений №№ 17 и 29 принадлежат к числу женских.

Поясных пряжек найдено лишь две: железная продолговатая со сжатыми боками (табл. XXIV, 1, трупосожжение № 10) и медная той же формы, спаянная из проволоки (табл. XXVI, 17, костяк № 7). Бляшек от поясного набора не найдено никаких. В погребении № 7 найдена еще часть медной поясной пряжки, или же наконечник пояса табл. XXIV. 2. У правой руки костяка № 12, рядом с нею, беспорядочно лежали следующие вещи: 4 крупные медные спирали типа Лядинского могильн. табл. IV. 3, железная обоймица типа табл. XXV, 11, железная круглая пряжка с разомкнутыми концами, значительное количество железного набора из узких бляшек табл. XXVII. 5, соединенных парами при помощи колец, железная желобчатая обоймица, железный стержень с медным наконечником табл. XXIV, 10 и нож. По груди, параллельно той же правой руке и примыкая к ней, шла кожаная лента, унизанная медными орнаментированными обоймицами табл. XXV, 1, а близ верхнего конца ее, приблизительно на плече, была медная круглая коробка с ушком или двумя с выпуклыми боками, из которых один вскрывается, как крышка (табл. XXVIII, 10). Железные пластинчатые бляшки, подобные описанным, найдены еще в женском погребении № 5. В мужском погребении № 7 найдена еще какая-то медная поделка в виде булавки (табл. XXV, 8). Железные ножи, обычной формы, найдены в 8 мужских( №№ 7, 12, 25, 26, 29, 33, 34, 36) и в 8 женских погребениях (№№ 2, 3, 11, 13, 17, 24, 35, 43), т. е. более чем в половине всего числа погребений. В мужских погребениях ножи найдены на тазу, а иногда на груди и в иных положениях, на женских—большею частью так же на тазу, обыкновенно на левой стороне, а иногда на правой. В погребениях № 14, 16 и 29 оказались неопределенного назначения железные стержни. При костяках № 7 и 33 найдены кремни, но огнив в могильнике не оказалось. В ногах мужского костяка № 7 лежала тонкая поломанная булатная чашка. Монеты найдены в двух погребениях. При мужском костяке № 7 оказалась имитация саманидской монеты (лежала под горшком), на шее женского костяка № 40 - монета Измаила, сына Ахмеда, 905 г., с парою отверстий.

Среди случайных находок, собранных на могильнике при раскопке в 1895 г., особенно интересны: круглые проволочные привески с подвесками - лапками и ушком позади (табл. XXV. 10), медная продолговатая привеска с ушком и подвесками (табл. ХХYI, 1), проволочная петля - застежка из двух бляшек и ушка (табл. XXVI, 7), медная височная или ушная подвеска луновидной формы, орнаментированная пунктирными линиями (табл. XXVI. 3), и круглое железное стремя (табл. XXVIII, 16) // (С.49).

В коллекции г-на Добрынкина из Максимовского могильника наиболее интересны: поясной набор из гладких прорезных бляшек, узорчатое кольцо от пряжки скандинавского типа, проволочная ажурная привеска с подвесками и серебряные щипчики (атлас Аспелина № 878-889). В коллекции Румянцевского музея наиболее важны: прорезная бляха с изображением двух животных и человеческой головы между ними (1), большая прорезная бляха из концентрических полулуний, дрот с перекрестьем из четырех головок, венчик из трубочек, пирамидчатые подвески и большой льячок (атлас Аспелина № 891-901); в коллекции из раскопок 1878 г. гр. Уварова: тонкая гладкая серебряная чашка с украшением из полосок на дне, поясной набор, синие бусы, дирхемы 753, 835, 880 и монета Генриха IY Баварского (995-1002 г.), чеканенная в Регенсбурге; в коллекции из раскопок 1886г. Нефедова; 4 весьма стертые саманидские дирхема X в., шейная гривна со сгибнем и петлею на концах, широкий пластинчатый браслет и большая серебряная пряжка с хвостовидными придатками типа Лядинского могильн. табл. XY, 8.

Время Максимовского могильника определяется не дирхемами 8-9 вв., в нем найденными, а баварской монетой конца 10 в., употребленной в качестве привески; таким образом его можно признать относящимся к 11 в. Могильник наиболее близок к Лядинскому, с которым у него довольно много общих вещей. Наиболее характерные совпадения: большие нагрудные бляхи с отмыкающейся серединой, большие серебряные пластинчатые пряжки с хвостовидными придатками, головные венчики из трубочек и обоймиц, убор кос из больших спиралей, некоторые виды шумящих привесок, витые гривны с гранчатыми колбочками и гривны со сгибнем и петлей на концах, спиральные наручники, железные пешни и пр. Между тем и другим могильником есть и приметные отличия, объясняемые ближе всего разностью племенного происхождения погребенных в них лиц.

Русских погребений было вскрыто 10 (№№ 1, 6, 8, 10, 19, 23, 27, 31, 39 и 42). Все они находились на краю могильника, на дворе пред главным домом усадьбы. Погребения расположены еще выше, чем финские, на 1/2-3/4 арш. глубины. Более чем вероятно, что скелеты прикрыты были курганами, которые от времени опали, а главным образом сняты были при плантаже местности под усадьбу. Четыре костяка лежали головой на З, два - на С (№ 1 и 42); положение головою на С не составляет для русских курганов большой редкости. Мужских костяков оказалось четыре (№№ 1, 23, 27, 39), женских пять (№№ 6, 8, 19, 31, 42), одно погребение оказалось женским детским (№ 10). Почти у всех женских костяков оказались на голове маленькие тонкие височные кольца, чаще по два, реже по одному (№№ 6, 10, 19, 39); по сторонам головы костяка № 42 находилось по одному большому височному кольцу общего типа Табл. XXIY, 5, по серебряной луновидной под-

*(1) Эта бляха едва ли принадлежит Максимовскому могильнику, т.к. не отмечена в описи г. Филимонова, как и дрот с головками животных.

(С.50) веске типа табл. XXVI, 10 и по серебряной серьге табл. XXIV, 4.

Типы бус: сердоликовые круглые, сердоликовая гранчатая сплющенная, светложелтого цвета пронизки двойные и тройные, желобчатая серебристая буса, синия сплющенная, желобчатые и решетчатые, синяя с желтыми ромбами по сторонами (табл. XXVIII, 2 и 5), позолоченые бусы с каймою по краю и мелкие темные (костяки № 6, 8, 19, 31, 42).

Подвески к ожерелью: маленькие медные лунницы (табл. XXVIII. 2 и 5, костяки № 6 и 42) и серебряные имитации монет (табл. XXVI, 18 и 19, костяк № 42, орнамент точечный в виде креста и звезды). На шее костяка № 42 оказались остатки железной гривны.

Браслеты найдены на костяках №№ 10, 19 и 42. Их типы: витые с гладкими концами (табл. XXVII, 8), пластинчатые с головками на концах (табл. XXVII, 9) и пластинчатые слегка выпуклые с орнаментом из кружков с точкой посередине (табл. XXVII, 11).

Типы перстней: серебряный пластинчатый с завязанными концами (табл. XXV, 7) и узкий серебряный с такими же концами (табл. XXVII, 13, оба с костяка № 42). На груди костяка № 23 находилась небольшая круглая железная пряжечка. В ногах женских костяков №№ 23 и 31 находились горшки (табл. XXVIII, 21), в расстроенном женском погребении № 8—остатки железной оковки деревянного ведра, близ черепа костяка № 19—железный гвоздь, указывающий на то, что погребенный лежал в деревянном гробовище, быть может, в колоде. При мужских погребениях вещей найдено меньше: поясные пряжки (костяки № 1 и 39), ножи (костяки № 23 и 27), огниво и топор (костяк № 1). Обряд погребения и вещи Максимовских курганов говорят скорее за XI в., чем за Х в. Таким образом они могут вполне быть приписаны почти тому же времени, как и могильник. Любопытно, что для русского погребения № 27 потревожено было инородческое погребение № 28; русская могильная яма перерезала финскую. Из этого видно: во-первых, что русские погребения, по крайней мере некоторые, устраивались в ямах, а во-вторых, что некоторые русские погребения помещены в могильнике после инородческих. Любопытно также богатое русское погребение № 42, именно тем, что среди обычных вещей русских типов на костяке этого погребения оказались некоторые предметы типов могильника (большие височные кольца и луновидные подвески). Очевидно, что это погребение одновременно с некоторыми нерусскими погребениями могильника; так как глубина его сравнительно большая (1 арш. 3 вершка), то является вопрос, была ли над ним курганная насыпь. Вообще это погребение—какого-то смешанного характера.

В 1874 г. муромским купцом Ф. Д. Зворыкиным доставлены были в Императорское Московское Археологическое Общество собранные им в 1859—1869 гг. в г. Муроме различные вещи, с указанием местностей, где что найдено (1). Вещи эти тогда же были изучаемы г. Аспелиномъ,

*(1) Древности т. VI, стр. 2 (протокол).

(С.51) который отчасти и издал их сперва в своем труде на финском языке (1), а после в атласе (2). Ныне они находятся в Историческом Музее (3). На табл. XXIX изображены некоторые вещи этого собрания. Гирька № 2 найдена на Воеводской горе (вес ее 5 зол. 78 дол., на нижней части один кружок). Остальные вещи (№ 11 подковообразная пряжка, украшенная красною и желтою эмалью, со следами пребывания на огне, № 12 большая привеска в виде коромысла, № 10 четырехугольная пряжка с подвесками, № 5 проволочная застежка-петля, № 3 круглая бляшка с подвесками, № 8 пластинчатый браслет, № 4 три спаянные полуцилиндрика, № 6 маленькая медная пряжка с придатками) происходят из могильника, расположенного в городе близ кирпичных сараев; № 1 поясная пряжка и № 7 серебряный пластинчатый перстень, быть может, оттуда же. Время могильника то же, что и Максимовского. В Историческом Музее находится довольно значительная и вместе пестрая коллекция вещей с отметкой, что они происходят из г. Мурома и получены из Московского Университета (4). Г. Аспелину эта коллекция была неизвестна, или же он ею не воспользовался. В ней часть предметов относится к типам Максимовского могильника (напр. табл. XXX, 18, большая проволочная ажурная пряжка, № 7 привеска с лапчатыми подвесками, №19 застежка-петля, № 17 и табл. XXIX, 9, проволочные пряжки), часть—к типам Кошибеевского могильника (табл. XXX, 1, большая стеклянная буса, № 10 обломок проволочной поделки, №12 бляшка из трех спаянных полуцилиндриков), а остальные предметы (табл. XXX, 2—5 перстни, № 9 кольцо. № 14 стрелка, № 6 медная выпуклая бляшка с красивым растительным орнаментом, № 16 височное кольцо с треугольною подвеской костромского типа, № 13 и 15 большая медная выпуклая бляха, с подвесками и с ушками на обратной стороне) не поддаются точному определению. В той же коллекции имеется интересная плоская чашка из плохого серебра, 16 сант. в диаметре, орнаментированная рядом желобков, двумя рядами выпуклых точек и двумя тонкими кругами (по указателю музея № 735).

В 5 в. от г. Мурома по дороге в с. Чаодаево, в виду города, на, краю долины р. Оки расположено узкое и длинное городище, ныне распахиваемое. По правому боку его проходит дорога. Есть предание, что именно здесь находился старый Муром. Несомненно, что здесь было очень старое поселение, так как нами лично на пашне городища был найден ажурный медный наконечник от ножен скандинавского меча, приблизительно Х в., с изображением дракона (табл. XXVIII, 9). Тут же приметны остатки кирпичной постройки. Ничего нет удивительного, что здесь был собственно русский город Х—XI в., а инородческое поселение находилось на месте нынешнего г. Мурома, куда после перешел и князь со своим двором.

* (1) Aspelin. Suomalais - ugrilaisen muinaistutkinon alkeita. Helsinki, 1875. Стр. 266—271. (2) Вып. III, №№ 866— 877 (1878 г.). (3) Указатель музея, стр. 297—301.—Не сомневаемся, что шейная цепочка и фибула (№№ 603 и 604) относятся не к этой коллекции, а получены Музеем от Московского Археологического Общества из находки 1862 г. в Динабурге (см. Сементовского, Белорусския древности, Спб. 1890 г., стр. 61—64). (4) Указатель Исторического музея, стр. 301—305, №№ 669—764.

(С.52)

Судя по найденным вещам, могильник принадлежит к типу Максимовского. В коллекции Н. Г. Добрынкина отсюда имеются: 2 височные кольца типа табл. XXIV, 5, медная витая шейная гривна типа Лядинского могильника табл. XI, 1, медная поясная пряжка типа приблизительно табл. XI, 2, пирамидчатая подвеска типа табл. XXVI, 16, части головного венчика из трубочек и обоймиц типа Лядинского могильн. табл. XI, 7, спиральки, спиральные перстни; все эти предметы встречены и в Максимовском могильнике. Из особенных же вещей в коллекции этой находятся: гладкая трубочка-пронизка пермского типа и большая привеска в виде продолговатой узкой орнаментированной пластинки, с которой свешивается 14 длинных цепочек (рис. 16). Наши небольшие раскопки на Урвановском могильнике (5 погребений) показали, что костяки здесь также лежат головою на С. Из особенных предметов на костяках были найдены: медная широкая проволочная пряжка (табл. XXV, 3, костяк № 3), привеска в виде трубочки с ушком и лапчатыми подвесками типа табл. XXVI, 11, небольшой железный наконечник копья с загнутым насадом (табл. XII, 11).

(С.53)

Осенью 1883 года при выемке земли на Стекольной горе против слободы Холуя (Вязниковского у. Владимирской губ.), для устройства дорожной гати, открыт был древний могильник. Из сделанных при этом довольно многочисленных находок часть вещей попала к г. Голышеву в сл. Мстеры, который передал их в Императорское Московское Археологическое Общество (1). В этой небольшой коллекции находятся: медная бляха типа табл. ХY. 4, но несколько другого устройства (вместо горошин спирали, вместо рубчатого второго кольца плетеное, кайма сплошная, как на бляхе табл. XV, 6), две медные подвески типа табл. ХХI, 1, медная пряжка типа табл. XI, 4, пряслице типа табл. XIII, 9, обломки проволочной медной гривны, жел. удила типа табл. XII, 1, несколько жел. кельтов типа табл. XII, 4, несколько жел. наконечников копий типов табл. XII, 7 и 13, обломки жел. меча (2). В следующие годы уничтожение могильника продолжалось. Вещи попадали, главным образом, к местному земскому деятелю И. П. Шахову, который передавал их различным лицам, между прочим иконописцу Сафонову.

В 1895 г. остатки могильника были исследованы членом Императорской Археологической Комиссии Спицыным. Могильник, расположенный над долиною р. Тезы, был, по-видимому, небольших размеров. Раскопки показали, что от него сохранился лишь небольшой уголок между дорогою и берегом. Всего здесь найдено было 5 погребений, положенных очень тесно, так что в них весьма трудно было разобраться.

№ 1. Мужское погребение на глубине 1 арш., по-видимому, в длинной яме. От костяка, лежавшего головою на ЮВ, сохранилась часть черепа, зубы и правая локтевая кость. На груди серебряная фибула табл. XII, 26, несколько выше пояса медная пряжечка табл. XII, 21, ниже пояс с набором (26 бляшек табл. XII, 24 и две бляшки табл. XII, 23), слева от головы жел. удила типа табл. XII, 1. Земля в могиле черная, с незначительною примесью мелких угольков.

№ 2. Женское погребение на глубине менее 1 арш. От костяка, лежавшего головою на СЗ., т. е. в противоположном направлении, сохранилась часть черепа. На голове убор из медных спиралек типа табл. IX, 13 и семи бляшек табл. XII, 27, на шее 2 красные средней величины бусы типа табл. VI, 24 и две большие синие бусы типа табл. VI, 10, у шеи же 2 медные браслета

*(1) Древности, т. X, стр. 66 (проток.). (2) Предметы эти изданы литографией Голышева в весьма грубых снимках.

(С.104) табл. XII, 28, показывающие, что руки были пригнуты к плечам, на тазу 2 обрывка ремня с набитыми на него в двух местах 8 медными бляшками табл. XII, 22.

№ 3. Мужское (?) погребение, под № 2. От костяка, лежавшего головою на ЮВ., сохранилась часть черепа и нижние конечности. Влево от головы маленький глиняный горшочек грубой работы типа табл. ХII, 16, на тазу 28 медных поясных бляшек табл. ХII, 25.

№ 4. На глубине 1 арш. остатки черепа от костяка, лежавшего годовою почти на С. В изголовье 2 маленькие глиняные горшочка типа табл. ХП, 17 и неопределенная медная бляшка, на поясе медная пряжка табл. XII, 29.

№ 5. На глубине 1 арш. мужское (?) погребение. От костяка, лежавшего головою на СВ., сохранились остатки черепа. На поясе медная пряжка типа табл. XI, 7 и железный нож. По сторонам дороги на площади могильника дом и овин. Пробные раскопки были произведены по ту и другую сторону спуска дороги, по нигде не обнаружено следов других погребений.

Могильник находится близ дер. Максимовки, муромского у., в имении г. Голоперова. Он открыт был еще в 1850-х годах, при возведении усадебных построек, особенно на месте скотного двора. Из находок серебряные вещи продавались, а медные оставались в пренебрежении. В 1870 г. некоторые находки отсюда приобретены были Муромским мещанином В. Алексеевым и уступлены им Н. Г. Добрынкину, который передал их в распоряжение Владимирского Статистического Комитета. Последний известил о находках Императорскую Археологическую Комиссию и представил самые вещи. Здесь они были зарисованы (1) и возвращены в Статистический Комитет, где отчасти были изданы (1), но впоследствии пропали. В 1878 г. находки, по рисункам Археологической Комиссии, изданы были, не вполне исправно и не все (2), г. Аспелиным в его атласе (№ 878—889, с отметкой Muroma), и еще раньше, в 1875 г., в его работе на финском языке (стр. 273—275). В переписке по поводу этих находок отмечается, что они сделаны в сельце Бордишеве при проведении полевых канав. Сельцо Бердишево находится рядом с д. Максимовкой, так что смешать обе эти местности не трудно, если сведения идут не от самого находчика, как и было в данном случае. Произведенные нами в 1895 г. на месте розыски показали, что в Бердишеве вещей, при проведении канав, не было найдено. В коллекцию г. Добрынкина входят: большая проволочная плетеная привеска с подвесками, длинная трубчатая шумящая привеска, наручник, узорчатое кольцо скандинавского типа от пряжки, отличный поясной набор из прорезных бляшек и пр. (3). В 1878 г. из

*(1) В архиве Комиссии дело 1870 г., № 11. (2) Труды Владимирского Статистич. Комит. 1872 г., вып. IX (рисунки Голышева). Не издана поясная пряжка и медная привеска типа табл. XXV, 2, но с пластинчатыми подвесками на цепочках из трех звеньев. (3) Антропологическая Выставка, т. II, стр. 170. - Гильдебрандтъ, Языческое кладбище племени Мурома. Древняя и Новая Россия, 1878, 1.

(С.105) «Максимовской местности» на антропологическую выставку им же было послано еще несколько серебряных и медных вещиц, добытых частью путем небольшой раскопки (1). Между 1875 и 1878 г. коллекция новых находок от Голоперова чрез третьи руки попала в Румянцевский Музей (2) и была отчасти издана потом в атласе Аспелина (3). В 1878 г. графом А. С. Уваровым и В. Б. Антоновичем на могильнике было вскрыто 16 погребений, из которых в двух оказались трупосожжения. Находки поступили в собрание гр. Уварова, а отчет о раскопке сохраняется у г. Антоновича(4). В 1886 г. в могильнике производил раскопки г. Нефедовъ, нашедший здесь 10 новых могил (5).

В 1895 г. раскопки в Максимовском могильнике продолжены были членом Императорской Археологической Комиссии Спицыным. Работы произведены отдельными траншеями, пробитыми в разных местах могильника, как в местности старых раскопок, т. е. между домом и сараями, так и в новых местах, именно перед домом позади другого сарая и на дворе усадьбы. Всего было заложено 8 траншей (рис. 25). Из них траншея УШ, проложенная на месте первоначальных находок, оказалась совершенно пустою, траншеи V—VII, проведенные на месте раскопок гр. Уварова и Нефедова, дали отдельные находки и несколько нетронутых погребений, траншея III, перед домом, дала многочисленные и лучшие находки (5), траншея II ока- //

*(1) Г. Добрынкин сообщает, что в его коллекции находились еще 2 серебр. куфические дирхема. (2) 0писание ее см. в статье Филимонова о сочинении Аспелина. Вестник Древне-Русск. Иск. 1874—1876 гг., стр. 92—93. (3) Атлас г. Аспелина, вып. III, № 891 -901. Из них № 900 и 901 едва ли принадлежат коллекции Голоперова, так как не входят в описание Филимонова. (4) Антонович, 0 результатах раскопок, произведенных в Муромском у. в 1878 г. Чтения в Обществе Нестора Летописца, кн. II, стр. 60.—Указатель Выставки Ярославского Археолог. Съезда, стр.52— 57.— Добрынкин, Археологические раскопки гр. Уварова. Владим. Вед. 1878, 28. (5) Раскопки в Муромском лесу. Моск. Вед. 1886, № 289.—Указатель Выставки Ярославского Археолог. Съезда, стр. 57—58. — Указатель Историч. Музея, стр. 305—306. (Здесь д. Максимовка неправильно названа Малиновкой).—Добрынкин, Следы пребывания доисторического человека в пределах Владимирского у. Владимир, 1896 г., стр. 24—26. (6 Траншея эта длинною стороною почти примыкает к каменному фундаменту стоявшего здесь в прежнее время дома.

(С.106) залась пустою, в траншее I найдены русские погребения и в траншее IV— русские вместе с нерусскими. Самая большая траншея (Ш) имела всего 6 саж. длины, всего же раскопка заняла 86 квадр. саж.

№ 1. Мужское погребение (курганное?). От костяка, лежавшего головою на С. с отклонением на В., остались следы нижних конечностей. У пояса медная пряжка, и железное огниво с кремнем, в ногах справа жел. секира. Все вещи типов русских курганов.

№ 2. Женское погребение. Остатки трупосожжения. Медная нагрудная плетеная пряжка типа табл. ХХY. 13, медная обоймица, типа табл. XXV, 1, медный перстень типа табл. XХYI, 9, небольшой жел. нож с прямым обухом и остатками деревянной рукояти, железное шило и черепки от горшка.

№ 3. Женское погребение. От костяка, лежавшего головою на С., сохранилась лишь часть черепа. На голове тонкий ремешок, унизанный спиралями типа табл. ХХYII, 1, на котором? в противоположных концах, 2 медные подвески (табл. XXVII, 6), по обеим сторонам головы по 3 крупных медных височных колец типа табл. XXIV, 5 (замками в одном месте, к черепу), на шее большая медная гривна типа Лядинского мог. (табл. XI, 1), маленькие медные подвески (восемь табл. XXIV, 7, одна табл. XXVI, 4, одна табл. XXVI, 5 и три других) и связка крупных иI мелких стеклянных бус (табл. XXVIII, 6, 7 и др.), на груди плетеная медная пряжка (табл. XXV, 13), на руках два медные браслета типа табл. XXVII, 14, но шире, и медный стержень типа табл. XXIII, 10. Правая рука на тазу, левая вытянута; у ее кисти жел. нож. Слева у ноги 2 горшочка грубой работы типа табл. XXYIII. 22. Погребение очень неглубокое. Поверх пряжки шерстяная ткань и дерево.

№ 4. По-видимому, коллективное трупосожжение (мужское и женское ?), в неглубокой яме, длиною и шириною по 14 вершк. 0риентировка ямы по странам света правильная. Два сосуда типов табл. XXVIII, 12 и17 (оба слеплены от руки), при них жел. наконечник копья табл. XXVIII, 20, жел. топор типа табл. XXVIII, 19, жел. пешня типа Лядинского мог. табл. X. 9, три медные браслета табл. XXVII, 14 и два табл. XXVII, 10, медный перстень типа табл. XXIII, 10, жел. огниво или обоймица типа табл. XXV, 12, жел. гривна, несколько височных колец типа табл. XXIV, 5, железный нож. Все эти вещи расположены в некоторой симметрии.

№ 5. Остатки трупосожжения на глубине 1 арш., на подстилке. На пережженных костях расположены 3 медные небольшие шейные гривны типа височных колец табл. XXIV, 5 и одна такая же сломанная, височное медное кольцо, согнутое из обломка гривны, 2 медные маленькие спиральные наручника, неопределенная железная поделка, состоящая из нескольких бляшек типа приблизительно табл. XXVII, 5 и колец, медный спиральный перстенек в 2 оборота типа табл. XXIII, 10, две медные подвески табл. XXVI, 2, пять подвесок табл. XXIV, 8, пять лапчатых подвесок от несохранившейся привески, медный набор от венчика типа табл. XXVII, 3, обрывки спиральной ленты типа табл. XXVII, 1, несколько перегоревших бус из неопределенной массы и большой глиняный горшок типа табл. XXVIII, 17. Гривны, браслеты и остатки пережженных костей находились в правом углу погребальной ямы, перстенек в левой, подвески слева, венчик положен поверх, горшок стоял в правом нижнем углу.

№ 6. Курганное (?) погребение. От скелета сохранилась только часть черепа, лежавшего // (С.107) на З. На шее связка сердоликовых и стеклянных бус и медная лунница табл. XXVIII. 2, у черепа 2 маленькие медные височные колечка.

№ 7. На глубине 18 вершк. часть сохранившегося(мужского ?) погребенья. От костяка, лежавшего головою на С., не сохранилось никаких следов. Приблизительно на груди 4 медные браслета типа Лядинскаго мог. табл. IX, 9, медный перстень типа табл. XXIII. 10 и серебряный табл. XXVI, 9, жел. нож и жел. круглая пряжка, ниже медная поясная пряжка табл. XXVI. 17, медный наконечник пояса табл. XXIV, 2, три железные обоймицы табл. XXV, 12, кремень, медная булавка табл. XXV, 8, жел. нож, еще ниже раздавленный землею горшок и под ним серебр. имитация саманидской монеты, в ногах тонкая поломанная булатная чашка и справа топор типа табл. XXVIII, 19. Под вещами примечена деревянная подстилка.

№ 8 Остатки курганного (?) погребения. На небольшой глубине части истлевшего черепа. Направление костей не могло быть определено. Три позолоченные бусы (с каймами) и остатки железной оковки ведра.

№ 9. На глубине 3/4 арш. довольно значительная грудка пережженых костей. Среди них нехарактерный обрывок медной проволоки.

№ 10 Детское погребение. Два медные браслетика, 2 медные перстенька и небольшое медное височное кольцо.

№ 11. Нарядное женское погребение. От костяка, лежавшего головою на Ю.. сохранилась часть черепа и конечностей. Руки положены на бедра. На черепе венчик типа табл. XXVII. 3 и жгут типа Люцинского могильника табл. II, 8, на ушах по 4 медные кольца типа табл. XXIV, 5 (по-видимому, были нашиты на шерстяную ткань, одно кольцо со спиралью), на шее медная гривна типа Лядинского могильника табл. XI, 2 (головкой вправо, петлей влево) по 2 медные круглые подвески табл. ХХYIII, 3, на груди большая медная бляха типа Лядинского могильника табл. V, 2, ниже медная пряжка типа Лядинского могильника, табл. VIII, 2 и слева медная подвеска типа табл. XXVI, 11, на руках по медному спиральному браслету типа Лядинского могильника табл. IV, 6, на тазу 3 медные подвески типа табл. XXVI, 2 (без ушков), три подвески табл. XXVII, 4, две табл. XXIV, 12, две медные пластинчатые обоймицы, длинная медная орнаментированная пластинка и несколько спиралек. Все эти подвески лежали без правильного порядка, и назначение их не могло быть определено на месте; так как под длинною пластинкою оказались волоса от косы, то по крайней мере она может быть отнесена за счет убора волос. На левом бедре жел. нож, справа от головы глиняная чашка, типа табл. XXVIII, 11. Под медными вещами в разных местах находились остатки шерстяной ткани. Замечены следы деревянной подстилки и поверх некоторых предметов остатки деревянных досок.

№ 12. Мужское погребение на глубине 21 вершк. От костяка, лежавшего головою на С., сохранилась часть нижних конечностей и правой руки. Приблизительно у левого плеча неопределенная деревянная рукоять, отчасти обитая медью, на груди у правого плеча медная коробка, табл. XXVIII, 10, на груди вдоль правой руки кожаная лента или пояс, унизанный медными обоймицами табл. XXV, 1, рядом с правою рукою жел. нож, 4 крупные медные спирали типа Лядинского могильника табл. IV, 3, железная обоймица типа табл. XXV. 11, жел. пряжка с разомкнутыми концами, значительное количество железного набора, состоящего из пар бляшек // (С.108) табл. XXVII, 5, соединенных кольцами, железная желобчатая обоймица и жел. стержень, снабженный медным наконечником табл. XXIV, 10; слева близ таза, жел. топор Табл. XXVIII. 19 и пешня типа Лядинского могильника табл. X, 9, справа у колена медная бляшка с ушком табл. ХХYI, 14, ноги окутаны грубою шерстяною тканью и обмотаны в 5 рядов ремнем, унизанным медными обоймицами табл. ХХYIII, 14, у левой ноги кроме того пара своеобразных медных привесок табл. ХХIY, 3, у правой 2 железные гвоздевидные предмета, у ступни левой ноги железный наконечник копья типа табл. XXVIII, 20, острием в сторону ног. По-видимому, костяк юношеского возраста.

№13. На глубине 1 1/4 арш. костяк девочки, от которого сохранились лишь части рук при браслетах. Направление скелета с С. на Ю., но где лежала голова, нельзя было определить. У одной руки жел. нож и 2 медные браслета типа табл. XXVII, 10, на другой 4 такие же. На одном из концов могилы маленький грубой работы горшочек типа табл. XXVIII, 12 и другой типа табл. XXVIII, 22.

№ 14. На глубине 1 арш. 2 горшка (один из них изображен на табл. XX VIII, 12), жел. наконечник стрелы табл. XXV, 4 и железный стержень.

№ 15. На глубине более 1 арш. остатки черепа, несколько костей, большая чашка типа табл. ХXYIII, 11 и два железные наконечника копий (типа табл. XXVIII, 23 и типа Лядинского мог. табл. X. 29).

№ 16. На глубине несколько более 1 арш. остатки трупосожжения. Справа раздавленный землею сосуд, близ которого 2 жел. наконечника стрел табл. XXIV, 9, продолговатая жел. пряжка табл. XXIV, 1, другая подобная жел. пряжка, не бывшая на огне, неопределенные железные обломки, также не бывшие на огне, справа внизу медный перстень типа табл. XXIII, 10, слева медный браслет типа Лядинского мог. табл. IX, 9. Поверх находилось несколько не сожженных костей, вероятно, животных.

№ 17. На глубине 1/2 арш. сравнительно хорошо сохранившийся женский костяк, длиною 2 арш. 7 1/2 вершк., головою на С., руки сложены на лобке, ноги сомкнуты в коленях. У таза справа жел. очко типа табл. XXV, 5 и узкий жел. нож, на правой руке 2 медные плетеные браслета табл. XXV, 6 и серебряный перстень типа табл. XXV, 7, но с рубчиком посредине, выше на тазу медный перстень типа табл. XXVI, 9, слева у колена раздавленный сосуд и в нем медный спиральный браслет типа табл. XXIII, 10.

№ 18. Остатки трупосожжения. На темном слое с мелкими угольками глиняный разда- вленный сосуд и 2 медные маленькие спиральные браслета типа Лядинского мог. табл. IV, (6).

№ 19. Курганное женское погребение. От костяка, лежавшего головою на З., сохранились довольно хорошо череп и кисти рук, примыкающие к браслетами. У головы с одной стороны 2 тонкие и небольшие височные кольца и посеребренная буса табл. XXVIII, 1, на руках по медному браслету табл. ХХYII, 9, близ черепа железный гвоздь.

№ 20. На глубине 1/2 арш. сосуд без признаков костей.

№ 21. На глубине 1 1/4 арш. детский костяк, головою на С., на подстилке. На груди медная плетеная пряжка табл. XXIV, 6 и медная пряжка типа Лядинского могильн. табл. YIII, 8, ниже маленький перстень типа табл. ХХIII, 10 и два медные кольца типа Лядинского могильн.

(С.109) табл. IV, 3. От костяка сохранились лишь нижние конечности. Маленький сосуд типа табл. ХХYIII, 17.

№ 22. От костяка (женского), лежавшего головою на С., на глубине 1 арш. 2 вершк., осталась лишь часть нижних конечностей. Поверх головы сосуд табл. XXVIII. 11. На голове остатки убора в виде ремня с набитыми на него тонкими медными пластинками табл. XXYII. 8, и лента со спиралями табл. XXVII, 1, на руках 4 медные согнутые браслета типа табл. XXVII. 10 и медный спиральный пластинчатый в 5 оборотов, на ногах оборы из ремней типа табл. XXVIII, 14 (в 5 оборотов), ниже по медной привеске табл. XXVI. 11.

№ 23. На глубине 3/4 арш., выше № 21, несколько в стороне от него, мужское кур- ганное (?) погребение, головою на З. Костяк довольно плохой сохранности. На поясе жел. нож и медная пряжка, в ногах горшок табл. XXVIII, 21.

№ 24. На глубине 1/2 арш. женское погребение. От костяка, лежавшего головою на З. (?) сохранились части черепа и кисти рук при браслетах. На голове, по обеим сторонами, по нескольку тонких медных височных колец, нанизанных на кожу, на шее медная гривна типа Лядинского мог. табл. XI, 6, на которую напущен медный перстень с подвесками табл. XXV, 9, на шее медная лунница табл. XXVII, 2, несколько желтых бус и бубенчик, на руках по малому спиральному браслету типа Лядинского мог. табл. IV, 6, на поясе жел. нож, у левого плеча сосуд табл. XXVIII, 13. Совершенно в стороне медная бляшка типа табл. XXVI, 14. Под некоторыми вещами досчатая подстилка.

№ 25. На глубине до 1 1/2 арш. остатки трупосожжения на площадке длиною около 1 арш. и шириною 3/4 арш. На значительном количестве пережженых костей положены: жел. топор типа табл. XXVIII, 19, чашка, жел. очко табл. XXV, 5, два медные спиральные кольца типа табл. XXIII, 10, жел. наконечник стрелы типа табл. XXIV, 9 и жел. длинный узкий нож. Железные вещи не носили следов пребывания на огне.

№ 26. На глубине 6 вершк. 2 глиняные чашки, жел. наконечник копья типа Лядинского могильн. табл. X, 29, длинный узкий нож с прямым обухом и жел. топор типа табл. XXVIII. 19. Вещи размещены на площадке в 16х11 вершк., но ни костей, ни черной прослойки при них нет; все же это скорее остатки трупосожжения.

№ 27. На глубине до 1/2 арш. скелет средней сохранности, головою на СЗ. Череп сдви- нут с места, сохранившиеся конечности очень тонки. На тазу тонкий и широкий железный нож.

№ 28. Беспорядочное погребение, испорченное при устройстве предыдущего. Могила расположена с С. на Ю.; костяк лежала головою на С. Вещи (медные): пряжка типа табл. XXII. 2, два проволочные браслета типа табл. VII, 4, перстень типа табл. XXIII, 10, небольшая голубая стеклянная буса, 5 медных колец типа Лядинского мог. табл. IV, 3, обломок медной орнаментированной пластинки и небольшой горшочек типа табл. ХХYIII, 13.

№ 29. На глубине около 1/2 арш. жел. вещи: нож, обоймица табл. XXV. 11, стержень табл. XXVIII, 18, другой стержень в виде палочки.

№ 30. Нарядное женское погребение на глубине 1 1/2 арш. В головах и у правого плеча по чашке типа табл. ХХYIII, 17, на голове венчик из трубочек и спиралек типа Лдинск. мог. табл. XI, 7 и рис. 7 на стр. 17, кроме того волосяной жгут типа Лядинскаго мог. табл. // (С.110) IV, 3, унизанный кольцами, на груди медная гривна типа Лядинск. мог. табл. XI, 2, и при ней 25 пластинчатых подвесок типа табл. ХХIII, 14, быть может, от ожерелья, справа от неё медное височное кольцо типа табл. XXIV, 5, с напущенным на него медным же ажурным перстнем типа табл. XIX, 2, слева от гривны 11 трубчатых подвесок обычного типа (напр., Лядинскаго мог. табл. I, 9 - 13), 4 медные спиральки типа. табл. IX, 11, пять медных пирамидчатых подвесок табл. XXVI, 16 и одна медная подвеска типа табл. XXI, 14 (без свесов), на тазу по одной линии сверху расположены сперва 2 медные привески табл. XXIV, 13, потом медная сложная подвеска табл. XXIV, 11 (лежала обратною стороною вверх на широкой подстилке из темных волос, лежавшей на дереве), на кистях рук по спиральному пластинчатому браслету типа Лядинского мог. табл. IV, 6 (в 6 - 7 оборотов) и по 3 медные подвески (по одной табл. XXVI, 12 и по две типа табл. XXVI, 2, без ушков), кроме того, у правой руки медный перстень типа табл. ХХYIII, 10 и три пластинчатые подвески обычного типа. Рядом со сложной привеской, справа, лежала длинная (более 5 дюйм. длины) медная привеска, типа Лядинск. мог. табл. IX, 6, но уже без подвесок (лицевою стороною вниз, нижним концом вверх), быть может, также подвеска к косе; под нею подстилка из тех же волос и дерева. На груди и на локте левой руки сверху большая серебряная бляха типа Лядинского мог. табл. V, 7 и жел. нож, с обеих сторон гривны по тонкому железному кольцу до 3-х дюймов в диаметре (одно с расплющенным концом, как у височного медного кольца), слева между чашкой и черепом третье такое же кольцо с расширением около 2 дюйм. в диаметре, на шее синяя стеклянная буса табл. XXVIII, 4. От костяка, лежавшего головою почти правильно на С. сохранились только части черепа и кистей рук. Под медными вещами приметна, деревянная подстилка.

№ 31. На сравнительно небольшой глубине курганное (?) погребение. Костяк головою на З. На шее 2 буски, в ногах горшок обыкновенного курганного типа. № 32. Ниже предыдущего расстроенное погребение. Скелет лежала головою на С. На руках по медному браслету типа табл. XXVII, 14 (без загибов). № 33. На глубине до 1 арш. части черепа и нижних конечностей костяка, лежавшего головою на С. На тазу жел. очко типа табл. XXV, 5 (но пластинчатый загиб как у № 11), небольшой кремень, оббитый на 3 грани, как в поделках каменного века, и жел. нож в деревянной рукояти.

№ 34. На глубине 1 арш. 2 вершк. остатки черепа и нижних конечностей костяка, лежа- вшаго головою на С. У головы справа чашка табл. XXVIII, 17, у таза железный нож.

№ 35. На глубине 1 1/4 арш. череп и часть кистей рук скелета (судя по величине костей, девушки-подростка), лежавшего головою на С. На черепе 6 длинных медных спиралей от головного убора типа Лядинск. мог. табл. VIII, 14, по сторонам головы по паре медных височных колец (по одному кольцу табл. XXIV, 5 и по одному проволочному гладкому 3 дюйма в диаметре), на руках по медному браслету типа табл. XXVII, 14, на правой 2 медные перстня типа табл. XXIII, 10 и один табл. XXVII, 12, на левой медный перстень типа табл. XXIII. 10, на тазу железная пряжка типа табл. X, 9 и железный нож. Над погребением, на глубине 9 вершк., горшок курганного типа, без следов костяка // (С.111).

№ 36. На глубине 1 1/4 арш. остатки трупосожжения. Пережженые кости, на них жел. нож и неопределенные железные обломки, рядом обычная глиняная чашка.

№ 37. Почти на той же глубине остатки трупосожжения. Незначительное количество пережженых косточек, рядом жел. наконечник копья табл. ХХYIII, 23, далее разбитая низкая чашка, среди черепков которой 2 медные привески табл. XXVIII, 8, медная пряжка табл. XXVI. 6, височное кольцо со спиралью типа табл. XXIV, 5.

№ 38. Женский костяк отроческого возраста., лежавший головою на С. От скелета осталась лишь часть зубов и кости рук. В изголовье две маленькие чашки типа табл. XXVIII. 17, на руках небольшие спиральные наручники типа табл. IV. 6 (по 6 оборотов) и по 3 медные кольца с несомкнутыми концами типа табл. XXIII, 15, на, шее связка небольших круглых посеребренных и позолоченных бус.

№ 39. На глубине 3/4 арш. курганное (?) погребение. Костяк плохой сохранности. На правом виске медное височное колечко обычного славянского типа и на груди еще 3 такие же; рядом с ними обломки маленькой круглой железной пряжки.

№ 40. На глубине 1 арш. 6 вершков женское погребение. От костяка, лежавшего головой на С., ничего не сохранилось, кроме нескольких зубов. На месте головы медное проволочное кольцо, шейное или височное, типа табл. XXIV, 5, в диаметре до 4-хъ дюймов, тут же серебр. монета Измаила сына Ахмеда 905 г., с парою отверстий, ниже медная подвеска табл. ХХYI. 13, на руках по медному браслету типа табл. XXIII, 9, но без орнамента и уже, на правой руке, кроме того, медный браслет табл. XXVII, 15 и серебряный перстень табл. XXVI. 8, выше груди 2 глиняные сосуда хорошей выделки табл. XXVIII, 15 и 22.

№ 41. На глубине 1 арш. 6 вершк. женский костяк (головою на С.), от которого сохранились лишь части черепа и верхних конечностей. На шее железная гривна с напущенным на нее ажурным медным кольцом, с которого свешиваются бубенчики на длинных цепочках табл. XXVII, 7, и значительное количество небольших круглых желтых и позолоченных бус, нередко парных и тройных, тут же медная бляшка типа табл. XXVI. 13, но более простая, на руках (согнутых в локтях и странным образом отведенных в стороны о медному спиральному наручнику типа Лядинского мог. табл. IV, 6, в девять оборотов каждый, по медному браслету типа Лядинского мог. табл. IX, 9 и еще по тонкому браслету типа табл. XXVII. 10. Под некоторыми вещами следы деревянной подстилки.

№ 42. Женское погребение, на глубине 1 арш. 8 вершк. От костяка, лежавшего головою на С. сохранились лишь кисти рук, положенных на тазу. По сторонам головы по серебряному височному кольцу типа табл. XXIV, 5 (но большего размера), по серебряной подвеске табл. XXVI, 10 и по серебр. серьге табл. ХХIY. 4, на шее сложное ожерелье из крупных синих бус табл. XXVIII, 5, из мелких темных бус, двух медных лунниц и 5 серебр. подвесок табл. XXVI, 18 и 19; кроме того, на шее находились еще остатки железной гривны: на руках по 2 медных браслета табл. XXVII. 11 (один с орнаментом, другие без него), на правой еще медный браслет табл. ХХYII. 8, на пальцах обеих рук по серебряному перстню табл. XXV, 7 и табл. XXVII, 13.

(С.112) № 43. Остатки трупосожжения, на подстилке. Медная шейная гривна типа Лядинского мог. табл. XI, 1, восемь или десять крупных медных височных колец типа табл. XXIV, 5, две медные подвески или серьги типа табл. XXVI, 10 (но без подвесок), ажурная медная пряжка с подвесками табл. XXVI, 15, железный нож и большое ожерелье из спиралек и медных подвесок табл. XXV, 2 (ремешок отчасти цел).

В попорченных местах могильника были найдены следующие вещи вне погребений: 5 малых медных спиральных браслетов типа Лядинского мог. табл. IV. 6. три медные перстня типа табл. ХХIII, 10, медное спиральное кольцо от головного убора типа Лядинского мог. табл. IV, 3, две спиральные трубочки также от головного убора, медные подвески табл. XXV. 10 и XXVI. 1 и 7, медная серьга в виде лунницы табл. XXVI, 3, четыре малых и два больших медных височных кольца, 2 медные поясные бляшки, жел. стремя табл. XXVIII, 16, два жел. наконечника копий, 4 жел. топоров типа табл. XXVIII, 19 (один из них очень узкий).

Расположен под с. Урвановым Меленковского у. Владимирской губ. При копании земли в огородах, при рытье погребных ям, а также в рытвинах переулков после сильных дождей обнаруживаются в разных местах села человеческие кости и при них разнообразные медные и железные предметы. Выше (стр. 53) описана небольшая коллекция предметов отсюда, сохраняющаяся у Н. Г. Добрынкина. Из других находок можно указать на серебряную гривну, проданную в городе будто-бы дороже 30 р. Находки попадаются на значительном пространстве, по ту и по другую сторону улицы, так что погребения на этом могильнике, по-видимому, расположены весьма рассеянно. Первые раскопки на могильнике были произведены когда-то г. Нефедовым (?) в конце села, в прогалине, ведущей в долину, при чем, по словами крестьян, было найдено несколько черепов, но мало вещей. Весною 1895 г. в усадьбе одного крестьянина, на углу улицы и переулка, близ церкви, при копании ямы были вырыты медные спиральные наконечники, перстни, височные кольца, головной ременный убор с бляшками. Дальше в огороде этого дома найдена была маленькая серебряная монета с изображением креста, быть может, западно-европейская. Летом того же года на могильнике произведены пробные раскопки членом Императорской Археологической Комиссии Спицыным. Раскопки ведены были во дворе упомянутого крестьянина и в прилегающем переулке.

№ 1. Мужское погребение в яме глубиною 1 1/4 арш. От костяка, лежавшего головою на С., сохранилась часть (длинноголового) черепа. В нижней части скелета, приблизительно у левого бедра, железный топор типа табл. XXVIII, 19, близ него небольшой железный наконечник копья табл. XII, 14 и неопределенной формы железный нож с рукоятью. Несколько беспорядочно разбросанных черепков // (С.113).

№ 2. В яме глубиною 1 1/4 арш. остатки костяка, лежавшего головою на С. Сохранились череп и слабые остатки конечностей: левая рука лежала на животе. Оба эти костяка найдены в усадьбе, на площади 9Х4 арш.

№ 3. Женское погребение на глубине 1 арш. 10 вершк. От костяка, лежавшего головою на С., сохранились часть черепа и при браслетах остатки ручных костей. На черепе венчик из спиралей типа табл. XXVII, 1, справа от шеи несколько медных гривен типа. табл. VII. 13 и небольшое количество желтых бус типа табл. XXVIII, 2, слева. часть такой же гривны и несколько височных колец типа табл. XXIV, 5, на груди медная плетеная бляха табл. XXV. 3, на руках по медному пластинчатому браслету типа табл. XXVII. 14 и медный перстень типа приблизительно табл. XXVI, 9. В головах слева 2 горшочка типа табл. XXVIII. 12 и 13.

В значительной траншее, заложенной в проулке, кроме того, оказались 2 перекопанные костяка. При них найдены 2 медные круглые браслета, медная бляшка типа табл. XI. 16 и медная подвеска типа табл. XXVI, 11. Здесь в двух траншеях всего было раскопано 11 квадр. саженей // (С.114).

Будет продолжено